Осень. Жванецкий.

Тут вот на работе поделеились. Мне понравилось.



"Осень. Раздеваются деревья, одеваются женщины.

Что-то наступает.

Что-то отступает.

В этот день мы бросим всеобщее увлечение -- искать смысл в происходящем.

И повеселимся. Пусть ищут те, кого мы туда выбрали. Они и так выглядят лучше нас. Как только мы их выбираем, в них пропадает страдание и появляется радость. Значит, мы не ошиблись. Мы настолько точно выбираем не тех, что уже не стоит беспокоиться.

Между философом и политиком разница проста: политик не сообщает вам свои мысли, у него их нет -- он угадывает ваши.

Угадать может. Осуществить не может.

Поэтому мы живем хорошо: немножко бедно, немножко плохо, немножко хочется повеситься. Но все это чуть-чуть.

Смешно было давно. Теперь стало весело.

Мало нам было чиновников, к ним добавились олигархи.

Все мчатся мимо, горя синим огнем. А мы радостно шуруем на обочине в поисках денег, оброненных ими.

В экономике разбираемся слабо. Вот, говорят, наш шпион нанес ущерб Америке на несколько миллиардов долларов в пользу России.

Где же деньги? -- спрашиваем мы.

В стране появился гениальный человек -- наш чиновник. Сам пишет правила игры. Сам выходит на поле. Сам играет. Сам меняет правила во время игры до тех пор, пока не выиграет. Затем идет в отставку президентом банка и уже встречается на банкетах в бабочке и темных очках.

У вас к нему вопросы есть? У меня нет.

Осень. Раздеваются деревья, одеваются женщины.

Наши олигархи за неимением воображения пошли по старческим стопам политбюро.

Так же живут в бункерах.

Так же мчатся параллельно с извозчичьим криком: «Посторонись! Большая жизнь летит, блин, мимо!»

Их с чиновниками объединяет стремительная потеря юмора, курлыканье типа «порешаем вопрос», «обналичим откат».

И второе поколение жен!

В среде олигархов самый бестактный вопрос: «Это ваша дочь?»

В школу приводят двоих: в десятый класс -- сына, в восьмой класс -- жену.

Ходят в охране. Шутят в охране. Едят в охране. Плачут в охране. Учат охрану носить галстук, охрана их учит носить бронежилет.

Хотим ли мы такой жизни, друзья?

Да! Хотим!

Осень. Молчат деревья, стонут женщины.

Мы знаем, что низкое качество жизни рождает высокое качество юмора. Сегодня юмор стал хуже... Значительно! Отвратительно хуже. Значит... Ну?.. Возможно... Возможно... Тьфу, тьфу, тьфу!

Сегодня нас смешат женщины грубыми шутками про половые органы. Мужчины нежно поют о чем-то своем девичьем в мехах и ожерельях.

Но все равно в юморе мы как всегда впереди всех. Как говорят в правительстве Грузии: «Из всех наших ущелий это -- самое стабильное!»

В общем, осень -- стоят деревья, рулят женщины.

К реформам у нас отношение сложное.

В реформах мы пока не участвуем. Ждем, когда они закончатся, чтоб разыскать и обналичить.

Рынка пока нет, но базарные отношения уже сложились.

-- За такие деньги одиннадцатиметровый не берут, -- твердо заявляет тренер. -- И в правый верхний за такие деньги никто бросаться не будет.

В общем, ценности окружающего мира уже начали поступать.

Когда ведущий концерта заявил, что для него в человеке не главное образованность, воспитанность и ум, -- в зале грянула овация. Это приятно.

Президент наш тоже с юмором, хотя в последнее время к юмору стало примешиваться раздражение. Видимо, мы чем-то его раздражаем. То ли он не ожидал нас здесь увидеть? И еще в таком положении? То ли?.. В общем, он рассчитывал на что-то другое... Обидно! Так хотелось долгой совместной жизни...

Ему повезло больше, чем нам. Его шутки встречаются хохотом еще до произнесения. Но шутит он хорошо. Отдадим должное, мы ж не дундуки безмозглые. Встретим его шутку сверху хорошим анекдотом снизу. Про него же, чтоб не отвыкал. Проверять -- смешно или нет, будем сначала на животных. Потом на себе.

Осень -- желтеют деревья, краснеют женщины.

Но все-таки, когда РАО вырубает свет, сразу наступает советская власть -- без видео, без дискотек, без рекламы.

Благодаря низкому качеству строительства, если стена в квартире стала теплой, значит, кто-то лег с той стороны.

Осень -- мерзнут птицы, зябнут женщины.

Новая жизнь уже здесь. Мы уже давно живем по-новому, и мы бы давно это почувствовали, если б не зарплата. Эта сволочь нас тянет назад.

Для увеличения зарплаты населению будут розданы специальные увеличительные стекла и специальные лупы для разглядывания продуктовых корзин.

Далее...

Средняя жизнь мужчины в нашей стране -- 58 лет.

Чудесный возраст.

Это расцвет.

Это интеллект.

Это даже сексуальный расцвет.

Мужчина в 58 только начинает жить.

Жаль, что приходится тут же заканчивать.

Но надо. Статистика неумолима!

Осень, молчат деревья, пишут женщины.

Сегодня над нашей жизнью можно смеяться сколько хочешь. Это главное завоевание и есть. Пока оно с нами, жизнь может быть тяжелой, плохой, но не такой противной и оскорбительно рабской, как вчера.

Вот за это выпьем. Как говорил начальник одесской канализации -- выпьем за дерьмо, которое нас кормит!

Ваш М.М."

[raevsky]

Quote:
- Ты, кажется, собирался рассказывать мне сказку! - снова надулся Карлсон.

- Ну вот, ты опять обиделся! - огорченно сказал Малыш. - Просто мне кажется, что такой пропеллер, как у тебя, неизбежно вызовет

дополнительный вращающий момент. У тебя же нет хвостового винта, как у вертолета. И тебя будет уводить в сторону по курсу. Я никак не могу понять, как ты компенсируешь этот момент. Он должен разворачивать тебя, и в какой-то момент ты неизбежно свалишься в штопор. Малыш поймал хмурый взгляд Карлсона и осекся.

- С тобой неинтересно, - хмуро заявил Карлсон. - Что ж, погостил, пора и честь знать. Чао! С этими словами Карлсон подбежал к подоконнику, завел моторчик и выпрыгнул.

- Э-ге-гей, Малыш! Прощай! - крикнул он, махая Малышу рукой.

- Постой! Я понял! Я все понял! - воскликнул Малыш, бросаясь к окну. Карлсон заложил крутой вираж и повернул обратно.

- Ну что ты понял? - спросил Карлсон, бухнувшись на диван. - Что гостей надо развлекать, а не нести всякую чепуху?

- Я понял, как ты компенсируешь это вращение! - крикнул Малыш. - Ты в полете все время машешь рукой. На эту выставленную в сторону руку давит поток воздуха и борется с вращением. Чтобы лететь, ты должен все время махать рукой.

Карлсон здорово разозлился.

- Опять ты за свое! - мрачно сказал он. - Ничего я никому не должен! Я машу всем рукой и кричу "Э-ге-гей!", потому что я веселый и приветливый мужчина в самом расцвете сил. Но таким занудам, как ты, я даже махать рукой теперь не буду.

- Если моя теория верна... - начал было Малыш, но Карлсон уже вылетел в окно. Малыш увидел, как Карлсон, набирая скорость, рефлекторно дернул правой рукой, но сдержался. Тут его повело в сторону. Он попытался выправиться и снова чуть не махнул правой рукой, но немедленно схватил ее левой и прижал к туловищу. Карлсона повело сильнее, и внезапно развернуло боком к направлению полета. Он сдался и отчаянно замахал рукой, но было поздно. Поток воздуха перевернул его, и, беспорядочно кувыркаясь, Карлсон полетел вниз.

- Сво-о-о-о-о-о-о-олочь! - донесся до Малыша последний крик Карлсона, и Малыш увидел, как Карлсон на полной скорости врезался в бетонный столб, прокатился по земле и неподвижно замер, раскинув руки и ноги. Вокруг его головы расплывалось большое кровавое пятно. Малыш вздохнул и вернулся к книжке.

Jena skazala, chto Malysh - eto ia.

Жванецкий - сила!

[Диана]

Это был мой День Рождения.

> > Я проснулся очень радостный и бегом побежал в душ.

> > С улыбкой на лице, я вышел на кухню с мыслей, а что же мне подарит

> > жена. Но она даже забыла меня поздравить. "Ни фига себе" - подумал я -

> > "ну ничего. Дети не забудут" Но дети тоже забыли.....

> > Вы представляете, с какими чувствами я ехал на работу.

> > Но когда я зашел в свой кабинет, секретарша Юля сказала мне нежно:

> > "Доброе утро, Шеф. С Днем Рождения!"

> > И я почувствовал себя немного лучше и снова окинул Юлю оценивающим

> взглядом.

> > Где-то в середине дня, Юля постучалась ко мне и сказала своим томным

> голосом:

> > "Шеф, там так тепло на улице, давайте пойдем пообедаем вместе! Это ведь

> ваш День Рождения!"

> > И мы пошли.

> > После третьего мартини Юля сказала томно:

> > "Шеф, поехали-кА ко мне домой. Ведь дел на работе нет, а у вас День

> Рождения!"

> > И мы поехали.

> > Когда мы приехали, Юля прошептала мне на ухо:

> > "Шеф, садитесь вот здесь на диван, а я схожу и надену на себя кое-что

> более удобное!"

> > И она ушла.

> > Через минут пять открылась дверь и вошла Юля с тортом, за ней шли моя

> жена, дети, родители, теща и тесть,коллеги, друзья и многие другие.

>

> > А я сидел на диване, голый.......

[Oza]

2 raevsky:

Не хочу обидеть, но что-то в этом утверждении есть...